Сказочники…
После принятия сказочного Генерального плана Архангельска городская и областная власти озадачились написанием новых сказок. Правда, сюжеты замысловатые, сказочные наши губернатор и мэр сами придумать не в состоянии, а потому пользуются подсказками северных сказочников. В частности, Бориса Шергина.
Похоже, свежий воздух и физический труд сделали с губернатором и мэром такое, о чём они раньше и подозревать не могли. Вот и во время последней посадки кустов сирени в Парке Писахова (или Парке Победы – как того добиваются ветераны) губернатор области Илья Михальчук заявил дословно следующее:
Так и вспомнился мне другой поморский сказочник… Сказочник настоящий, талантличвый… Борис Викторович Шергин (ударение в фамилии на букву «е»). Цитата из сказки «Волшебное кольцо»:
«Царица даже чай в колени пролила:
- Што ты, сватья, одичала?! Мы в жонихах, как в сору каком, роемся – выбираем, дак подет ли наша девка за мужика взамуж? Пускай вот от нашего дворца да до вашего крыльца мост будет хрустальной. По такому мосту приедем женихово житье смотреть«.
Конечно, у нашего любимого губернатора творческий подход к делу, а потому решил он не копировать творчество Бориса Викторовича, а подойти к нему с другой стороны… Вот только кого дорогой Илья Филиппович будет такими красотами за себя замуж отдавать… не ясно.
Впрочем, поживём – увидим.
P.S. Кстати, вы помните, чем в сказке дело с хрустальным мостом закончилось…
Популярность: 33% [?]
Loading ...
Да нет, Шергин тут не причём, они в мери всё ещё Писаховские сказки «юзают», и судя повсему дочитали книжку до середины, а там, такая благодать, аж страшно:
«…Оттепель больше взялась, и до самой околицы. А за околицей
мороз трещит градусов на двести с прибавкой. Округ деревни мой
жар да мороз столкнулись, талой воздух мерзнуть стал — сперва
около земли, а потом и выше. И надо всей-то Уймой ледяным
куполом смерзлось. На манер потолку. И така ли теплынь под
куполом сделалась. Снег – и тот холодить перестал.
Говорят — улицу не натопишь. А я вот натопил! Потолок над
Уймой блестит-высвечиват, хорошим людям дорогу в потемни
показыват, а худым глаза слепит да нашу деревню прячет. Я, как
завижу чиновников, полицейских али попов,
пуще загорячусь. У нас под ледяным потолком тепла больше
становится. Мы всю зиму прожили и печек не топили. Я согревал!
Печки нагрею, бани натоплю. И по огородам пойду. В каком
огороде приведется присесть, там и зарастет, зазеленеет,
зацветет. Всю зиму, в светле да в тепле жили. Начальство Уйму
потеряло. Объявленье сделало: «Убежала деревня Уйма. Особа
примета: живет в ней Малина. Надобно ту Уйму отыскать да штраф
с нее сыскать!»
Вот и ищут, вот и рыщут. Нам скрозь ледяну стену все
видно.
Коли хороший человек идет али едет, мы ледяну во-ротину
отворим и в гости на спутье покличем. Коли кто нам нелюб, тому
в глаза свет слепительной пущам.
Теперь-то я поостыл. Да вот ден пять назад доктор ко мне
привернул. Меня промерял – жар проверял. Сказал, что и посейчас
во мне жару сто два градуса».
Тут ещё и маниловщиной попахивает.
Жаль, только жить в эту пору прекрасную, уж не придётся ни мне, ни тебе…